avangard-pressa.ru

Тема 20. Нехристианские системы этики - Стандартизация

Помимо христианского учения о нравственности существуют и другие, нехристианские системы этики. Согласуясь во многих своих пунктах с учением христианской нравственности, эти системы, однако же, во многом и расходятся с христианством. Различие этических систем связано с тем, что принимается за высшее благо для человека, с понятиями о добром и злом, с понятием о смысле жизни. Христианство, как мы уже рассмотрели, высшим благом считает спасение души через веру в Иисуса Христа Спасителя и исполнение воли Божией. А другие религии и мировоззрения, поскольку считают за высшее благо другие вещи, то получают в итоге другие модели этического поведения. Из НЕРЕЛИГИОЗНЫХ этических направлений наиболее известны и широко распространены в практической жизни эвдемонизм и утилитаризм.

Сначала рассмотрим нерелигиозный

эвдемони́зм

(греч. счастье, блаженство) — этическая система, рассматривающее как высшее благо и цель всех стремлений человека –

счастье

. Счастье в эвдемонизме понимается как получение удовольствия и избежание страданий. Эвдемонизм может иметь различные оттенки: быть более грубым (видеть счастье в физических, чувственных удовольствиях) или утончённым (в удовольствиях, доставляемых добродетелями, искусствами, знанием, также славой и почётом). О грубом эвдемонизме ап. Павел говорил: «Станем есть и пить, ибо завтра умрем».

Основоположником грубого эвдемонизма считается Аристипп (435—355 гг. до н.э.), современник Сократа и придворный философ при дворе тирана Дионисия в Сиракузах. Высшее благо и смысл человеческой жизни Аристипп предлагал искать в сфере приятных ощущений, доставляемых материальными наслаждениями. По Аристиппу, хорошо то, что приносит чувство удовольствия.

Сохранились несколько случаев из жизни Аристиппа, иллюстрирующих его учение:

Заметив Аристиппа, входящего вместе с сицилийским тираном Дионисием, философ циник Антисфен (древнегреческие хиппи, девиз «назад к природе» с отрицанием достижений цивилизации) сказал: «Аристипп, если бы ты довольствовался такой пищей, как я, то тебе не пришлось бы следовать по пятам за тираном». На это Аристипп ответил: «А если бы ты мог запросто беседовать с тираном, то тебе не пришлось бы довольствовался такой пищей, какую вкушаешь ты».

Другой философ, застав его за богатым обедом с музыкантами, так же стал его укорять. Аристипп спросил: «А если бы тебе предложили все это даром, ты бы взял?» — «Взял бы», — честно ответил тот. «Значит, тебе просто дороже деньги, а мне — наслаждение».

Однажды Аристипп плыл на корабле; захваченный бурей, он сильно перепугался. Один из спутников спросил его: «И ты, Аристипп, трусишь, как все мы, простые смертные?» Он ответил: «Вас эта опасность заставляет тревожиться за вашу несчастную жизнь, а меня — за мою счастливую».

Примером утонченного эвдемонизма считается

эпикурейство

.

Его основоположник Эпикур высшим благом также считал счастье, и видел его в удовольствии, но он предпочитал удовольствия, доставляемые душевной деятельностью, поэтому грубый эвдемонизм ему приписывается напрасно. Обязательным условием счастья и важным удовольствием он считал отсутствие телесных и душевных страданий. Согласно Эпикуру, основные страдания причиняют душе страх смерти и страхи, внушаемые верой в сверхъестественное, в бессмертие души и судьбу. Этому была причина. Его мать была заклинательницей духов, и в детстве он натерпелся страхов на этой почве. Поэтому он считал, что для достижения счастья человеку необходимо освобождаться от суеверий и вообще от всякой религии, а также от боязни смерти. Существование богов он прямо не отвергал, но говорил, что боги не имеют на человека никакого влияния. Отрицал безсмертие души. Страх смерти он пытался победить следующим рассуждением: «Смерть не имеет к нам никакого отношения: когда мы живы, смерти ещё нет, когда она приходит, то нас уже нет». Свое понимание смысла жизни Эпикур выражал такими словами: «Мудрый найдёт время жизни, которое природа отпустила ему, достаточным, чтобы обойти весь круг достижимых наслаждений, и когда наступит пора смерти - насыщенному отойти от стола, освобождая место другим гостям».

Предпочитая удовольствия душевные, к внешим удовольствиям Эпикур относился сдержанно. Внешние удовольствия он предлагал ограничить только необходимыми потребностями, неудовлетворение которых ведет к страданию. От остальных советовал добровольно отказаться.

Он признавал, что в отдельных случаях необходимо предпочитать страдание удовольствию. Так он пишет: «Мы выбираем не всякое удовольствие, но иногда обходим многие удовольствия, когда за ними следует для нас большая неприятность: также мы считаем многие страдания лучше удовольствия, когда приходит для нас большее удовольствие, после того как мы вытерпим страдания». То есть Эпикур предлагает учитывать последствия страданий и удовольствий.

Известно замечательное жизненное правило Эпикура — «живи незаметно», т.е. не привлекая к себе внимания.

Некоторые нерелигиозные этические системы за Высшее благо принимают не счастье, а

пользу

. Если имеется ввиду польза личная, то учение называют

гедонизмом

. Главный принцип гедонизма – поступай так, как тебе полезно, т.е. выгодно.Получается, что в этой этической системе добром является то, что приносит пользу (выгоду, прибыль). Обычно гедонизм идет рука об руку с эгоизмом, поскольку они хорошо дополняют друг друга. Понятно, что с нравственностью гедонизм испытывает трудности даже в теоретическом отношении.

Если за высшее благо принимается не личная, а общая польза – то учение называют

утилитаризмом

. Философы-утилитаристы рекомендуют человеку добиваться общего блага, общей пользы, в которой, говорят они, заключается и личное благо каждого. Конечно, такой взгляд является более нравственным и возвышенным, чем гедонизм. Более того, утилитаризм, т.е. забота об общем благе, лежит в основе государственного права в светских государствах, в т.ч. и в Российской Федерации.

Трудностью утилитаризма является согласование общественной и личной пользы. Неизбежно случится, что в некоторых случаях придётся жертвовать личной пользой ради общего блага. Но что, если при этом потребуется пожертвовать еще и своей жизнью? Как в таком случае согласовать личное благо с общественным хотя бы теоретически, в границах безрелигиозной этики, если не добавить положения о бессмертии души и воздаянии после смерти?

Эвдемонизм, в том числе и грубый, гедонизм и утилитаристские взгляды часто встречаются в наше время, однако же, необходимо заметить, что те, кто на словах придерживается их, часто бывают в жизни вполне порядочными людьми. Почему? Потому, что эти люди выросли в христианской культурной среде и восприняли христианские нравственные понятия. Это удерживает их от крайностей данных учений.

Стоици́зм

— философская школа, сохранившая влияние вплоть до конца античного мира. Основатель стоицизма Зенон Китийский, родом с острова Крит.

Стоики считали, что философия состоит из трёх частей: логики, физики и этики, из них этика была главной. И главной она была именно потому, что могла сделать человека счастливым. А это было высшее благо. Известно, что стоики сравнивали философию с фруктовым садом: логика соответствует ограде сада, которая его защищает, физика является растущими деревьями, а этика — плодами.

Стоики стремились жить в

согласии с природой

. Почему же они питали к природе такое уважение

?

Они считали, чтов природе господствует всепроникающий разум, который они отождествляли с Зевсом. Добродетельная жизнь, по их понятиям, соединяла человека с этим высшим разумом. Таким образом, в стоицизме высший смысл человеческой жизни заключался в трех вещах:

жить в согласии с природой, жить добродетельно и держаться стоической философии.

Если эпикурейство – система практически безрелигиозная, то стоицизм – религиозная.

В стоицизме никакие внешние блага не имеют ценности с точки зрения счастливой жизни: счастье зависит только от внутреннего устроения (сравним – «царство Божие внутрь вас есть»). Счастье достижимо, лишь если покой души не нарушается никаким аффектом, который рассматривается как усиленное влечение. Стоики различали четыре вида аффектов: удовольствие, отвращение, страстное желание и страх. Их необходимо избегать, пользуясь правильным рассуждением и пониманием истинной ценности вещей. Если аффект вовремя не погасить, развиваясь, он становится пафосом, страстью. Поскольку страсти ненасытимы, человек, одержимый ими, испытывает неудовлетворенность, и это не дает ему быть счастливым. Стоический идеал — апатия – невозмутимость, бесстрастие.

В качестве добродетелей стоики признавали: мудрость, мужество, умеренность, справедливость. Добродетели считались добром, противоположность добродетелей – злом. Добродетель зависит исключительно от самого человека, который может быть добродетельным при любых условиях: в бедности, в темнице, будучи приговоренным к смерти и т.д. Истинной свободой считалось освобождение от мирских желаний.

Все же остальные вещи, поскольку они ничего не значили для достижения счастья, считались либо «предпочтительными», либо совершенно безразличными. Предпочитать следовало вещи, сообразные с природой или с естественной предрасположенностью.

Итак, мы видим в стоицизме понятия, к которым пришёл человеческий разум, не просвещенный Божественным откровением: пользоваться вещами в соответствии с их предназначением, учитывать в поступках свою природную предрасположенность, стремиться к гармонии с природой, смиряться с непреодолимыми обстоятельствами, счастье находить не в растущем потреблении и погоне за удовольствиями, а в добродетелях, контроле за мыслями, желаниями. Всё это достойно уважения. Но были у них, сточки зрения христианства, и ошибочные мысли.

Например, стоики верили в судьбу. Они считали, что неумолимая судьба, рок определяет внешние события жизни человека. Он ничего не может изменить в течении жизненных обстоятельств, они не зависят от его воли. Однако человек обладает разумом и может осознать неотвратимость судьбы и добровольно подчиниться ей, в этом состоит источник невозмутимости и ровности его духа. Счастье человека зависит не от его положения в мире, а от того, как он воспринимает свою включенность в мир. Стоик может быть счастлив при самых несчастных обстоятельствах. Такова основная мысль этики стоицизма.

Отношение к жизни стоики уподобляли игре. Как в игре с мячом важен не сам мяч, важен и не результат игры, а сам ее процесс, то движение и радость, которые связаны с этой игрой, так в жизни важны не события, а само отношение к жизни. Подобно игре, которую можно прекратить в любую минуту, стоики, допускали самоубийство, видя в нем выражение свободы человека, а многие из них, в том числе Зенон и Клеанф, сами ушли из жизни через самоубийство в почтенном возрасте.

Нравственным идеалом в стоицизме считался мудрец. Мудрец должен быть бесстрастен, искренен, лишен притворства, не делать ничего не совместимого с долгом; никогда не печалиться, что бы ни случилось; не терять радостного расположения духа, ничему не удивляться. Он должен быть общителен, деятелен, строг

, лишен снисходительности, жалости, уступчивости (

это считалось слабостью души, особенно при исполнении гражданского долга

)

, он должен стоять выше всех принятых норм и ограничений, не связывать счастье ни с чем, кроме добродетели; добровольно и невозмутимо принимаеть любой, даже самый неожиданный, оборот жизненных ситуаций. Если будет рушиться мир, мудрец встретит его конец с апатией (т.е. невозмутимо). Мудрец стоиков наделен такими чертами, столь совершенен, что возникает сомнение, в силах ли человеческих вообще стать мудрецом. Стоики это сами понимали, они называли мудрецов богоподобными, появление которых на земле – величайшая редкость. Такими мудрецами считались Сократ и Зенон.

Мусульманство.

Для мусульманина высшим благом и целью жизни является достижение рая. Райская жизнь в его представлении наполнена чувственными наслаждениями, подобными тем, что бывают на земле. Чтобы достигнуть рая, надо верить в Единого Бога и пророка Мухаммеда, жить по правилам шариата, совершать установленные молитвы, омовения, материальные пожертвования, посты и паломничества к святым местам. Человек, совершивший паломничество в Мекку называется ходжа и имеет право носить зеленую чалму.

Ниже приводится некоторые нормы нравственности, которые мусульманину надлежит блюсти: уважение к родителям и старшим, правдивость, скромность, щедрость, стремление к мудрости; отвращение к злу и греху, изгнание злобы, ненависти, зависти и других пороков из сердца; умение прощать, терпение, общительность, доброе отношение к окружающим.

Однако при всех этих положительных моментах шариат содержит в себе также: вечный джихад с неверными, рабство, многоженство, низкий брачный возраст, отрубание руки за воровство, смертную казнь за переход в другую веру.

Буддизм

признает реинкарнацию, т.е. переселение душ. Буддизм считает бытие живых существ бесконечной чередой перерождений и страданием. Если жизнь это страдание, то почему бы не покончить жизнь самоубийсвом? Но с точки зрения буддизма смерть не избавляет человека от перерождений. К тому же человеческое воплощение представляет большую ценность по сравнению с животными и насекомыми. Высшим благом и целью человеческой жизни в буддизме считается освобождение от перерождений и связанных с этим страданий. Это состояние называется нирваной. Достичь нирваны можно с помощью освобождения от всех желаний, привязанностей, и особой духовной практикой, называемой «Восьмеричным путем».

Он заключается в следовании следующим принципам.

(1) Правильный взгляд на страдание, и на путь, ведущий к прекращению страданий.

(2) Правильная мысль – освобождение от злобы, жестокости и несправедливости.

(3) Правильная речь – избегание лжи, сплетен, грубости и пустой болтовни.

(4) Правильное действие – воздержание от убийства, воровства и блуда

(5) Правильный образ жизни – не причинять вреда ничему живому.

(7) Правильное внимание – контроль за мыслями и ощущениями.

(8) Правильное сосредоточение – медитация

В буддизме, как и в индуизме, из которого он вышел, нет понятия греха и покаяния, его заменяет понятие кармы (совокупность действий и их последствий). Закон кармы действует по закону причинно-следственной связи и влияет на судьбу человека и на его перерождение. В буддизме добро и зло имеют относительный характер. Различие между ними существует только для несовершенных, а для достигшего нирваны это различие исчезает. Об этом мы уже говорили в теме «Добро и зло».

Гуманизм.

В заключение рассмотримещё одну нехристианскую этическую систему – гуманизм. Гуманизм — одно из главных направлений в современной философии. Это мировоззрение, признающее высшей ценностью человека, его права, свободы, гармоничное развитие.

Гуманистические идеи зародились в XIV—XV вв., и получили дальнейшее развитие и распространение в эпоху Возрождения. Казалось бы, что плохого признавать высшей ценностью самого человека? Но эти взгляды получили популярность и поддержку именно как противопоставление учению Церкви, где Высшим благом является Бог.

Философским ядром гуманизма являются атеистические взгляды на человека и Вселенную. Гуманизм не признаёт существования сил, стоящих выше человека и природы. Он утверждает возможность вести этический образ жизни без веры в Бога. Вместе с тем, гуманисты в настоящее время соблюдают принципы свободы совести и уважения чувств верующих.

Базовые принципы гуманизма

1. Недопустимость любого вида цензуры, свобода прессы и средств коммуникации.

2. Опора на разум, науку. Приложение ресурсов разума и науки ко всем областям природы, общества и человеческого поведения.

3. Эволюция. Признание эволюции природы и общества без сверхъестественного вмешательства извне.

4. Независимость этики от религии. Вывод моральных норм без религиозного откровения.

5. Недопустимость навязывания религии молодым людям, прежде чем они будут способны дать на это добровольное и осмысленное согласие.

6. Религиозный скептицизм. Скептическое отношение к сверхъестественному.

7. Отделение церкви от государства и от школы.

8. Недопустимость любой формы тоталитаризма, уважение прав меньшинств.

«Дерево познается по плодам». Каковы же плоды гуманизма и его заботы о человеке на настоящий момент?

[1] Прп. Иоанн Лествичник «Лествица». М., 1996 г. гл. 28, 58

[2] Свт. Феофан Затворник. «Письма о духовной жизни». М, стр.153

[3] «Лествица», 4, 90

[4] Прп. Паисий Святогорец, «Духовное пробуждение», М., 2001, Т. 2, стр. 201-213

[5] «Добротолюбие». т.2, стр.68.

[6] «Добротолюбие». М., ТСЛ, 1992 г. т.2, стр.539.

[7] «Лествица». 22, 1.